Грустная... ч.1

Вы здесь

Просмотров:
0
Грустная... ч.1

Её телефон он никогда не записывал. Номер был прост и строг, как арифметический ряд.

 

Он часто набирал этот номер - и утром, и днём, и вечером, иногда даже по ночам. Он звонил, чтобы услышать её голос и просто поболтать или договориться о встрече.

 

Они встречались у неё. Подолгу сидели на кухне, смотрели на проходившие за окном электрички, говорили о всякой всячине или молчали. Он никогда не спрашивал о её прошлом. Ему казалось, что что-то может сломаться, измениться. Потом понял, что боялся ревности. Однажды он поинтересовался её отношением к замужеству. Она ответила, что у неё был плохой опыт. Больше ничего не добавила и не пояснила.

 

Она угощала матушкиными разносолами и ароматнейшей рябиновой водкой. Он часто просил её поделиться секретом приготовления напитка, и она рассказывала. Он понимающе кивал и через неделю-другую просил открыть кулинарную тайну. Она улыбалась и повторяла нехитрый рецепт.

 

Она любила наблюдать, как он ест, и расспрашивать его о работе в операционной. Она не скрывала, что ей нравились медицинские байки. Потом, потом они перебирались в комнату…

 

Иногда она отвечала на его телефонные звонки односложно, и тогда он понимал, что дома ещё кто-то есть. Вернее, не кто-то, а пришли навестить родители. Один или второй. Они никогда не приходили вместе, потому что были в разводе.

 

Предложение, да, в общем-то, какое там предложение - по сути приказ, о поездке в африканскую тьмутаракань для оказания всяческой помощи тамошним специалистам, в кавычках, было сделано совершенно неожиданно. Аргументов о необходимости командировки было такое множество, что пришлось согласиться на полугодовую тропическую экзотику.

 

Перед отъездом они устроили маленький пир с пеной шампанского и кучей гастрономических изысков.

 

Она много смеялась и просила не разменивать её на шоколадных туземок. Он обещал держаться до последнего и, если уж сдаться на милость победительнице, то только королевских кровей, в крайнем случае, внебрачной дочери вождя.

 

Он уходил от неё ранним солнечным утром. Ещё не проснувшийся двор и, казалось, весь город был наполнен щемяще-сладким ароматом цветущей сирени.

 

Перед поворотом он остановился, оглянулся и увидел в окне её силуэт.

 

Среди саванно-джунглевой экзотики ему пришлось пробыть в два с половиной раза дольше: государственный переворот, межплеменная война, партизаны, потом какая-то тропическая зараза. Нормальная жизнь, Питер, они, казалось, навсегда остались в прошлом, невозвратном прошлом…

 

Он позвонил ей в первый же день возвращения прямо из Шереметьева. Но трубку никто не снял. Позвонил на работу, но там ответили, что она уволилась.

Продолжение следует...