Русский авангардист вернулся из забвения

Вы здесь

Просмотров:
0

В истории отечественного искусства немало страниц, которые до сих пор пролистаны только специалистами или горячими поклонниками творчества отдельных художников, а большинству россиян знакомы разве что понаслышке.

 

Разорвать этот замкнутый круг в отношении творческого наследия одного из ярчайших представителей русского авангарда – Павла Филонова – решился Государственный Русский музей. Именно этот музей, где хранится богатейшая коллекция произведений художника, выступил инициатором проекта "Павел Филонов. Очевидец незримого".

 

Увидеть работы Филонова уже смогли жители и гости Санкт-Петербурга, где полотна художника выставлялись в период работы саммита G8 нынешним летом, а теперь экспозиция, вызвавшая в Северной столице немалый ажиотаж, прибывает в Москву – родной город художника – при поддержке Группы компаний "Метрополь".

 

Московская выставка, начинающая свою работу завтра, обещает быть в своем роде уникальной, поскольку от питерской ее отличает и состав, и форма экспонирования. Дизайн разработал художник Борис Мессерер, муж известной поэтессы Беллы Ахмадулиной, а обогатят визуальное восприятие работа современного художника-концептуалиста Вадима Захарова "Монумент утопии" - движущееся трехметровое изваяние льва - и уникальный музыкальный инструмент под названием "Синтезатор АНС" (Александр Николаевич Скрябин). Это чудо техники, позволяющее "слушать" живописные полотна, придумал почти 70 лет назад инженер-электронщик Евгений Мурзин, а воплотить его идею в жизнь удалось только двумя десятилетиями позже. Теперь москвичам представится возможность увидеть и, что самое удивительно, услышать, как звучит третья версия АНС - единственная в мире на данный момент.

 

Выставку, которая открылась 26 декабря, и будет принимать посетителей вплоть до 11 февраля 2007 г. в Музее личных коллекций ГМИИ им. А.С. Пушкина на Волхонке, вполне можно назвать знаковым событием: полотна авангардиста не выставлялись в подобном объеме с 1988 года. Между тем Филонов по праву входит в "троицу" известнейших и талантливейших представителей авангардного направления в изобразительном искусстве наряду с Казимиром Малевичем и Василием Кандинским. Эти имена знакомы едва ли не каждому школьнику, изучающему мировую художественную культуру, тогда как о Филонове в России знают непростительно мало.

 

Этот художник, посвятивший жизнь поиску своего собственного творческого метода, прошел нелегкий путь, совпавший по времени с тягчайшими страницами отечественной истории. До революции он, рано осиротевший и отправившийся учиться в Петербург, успел поступить в Академию художеств, откуда был исключен за то, что состоял в обществе "Союз молодежи", потом вновь восстановился и все-таки ушел, предпочтя учредительство и активное участие в "Союзе" пребыванию в стенах консервативной Академии.

 

Именно на совместных выставках прогрессивного художественного общества и были выставлены первые работы Филонова, вызвавшие интерес в определенных кругах. В частности, потом Павел Николаевич не один год сотрудничал с Владимиром Маяковским, создавая декорации к его трагедии "Владимир Маяковский" и иллюстрируя буклеты футуристов. Тем не менее молодой художник находился в постоянном поиске, не собираясь полностью примыкать ни к одной из существующих школ.

 

Теоретические изыскания не отвлекали Филонова от художественного творчества: в послереволюционные годы он работал по 18 часов в сутки, добиваясь не только реализации, но и признания своего творческого метода. В 1923 г. он стал профессором Академии искусств и членом Института художественной культуры, а еще два года спустя, обретя немало последователей, основал школу аналитической живописи в Петрограде.

 

Правда, просуществовало это уникальное заведение недолго: в 1928 г. проект Филонова закрыли по указу правительства вместе со всеми частными культурными организациями, а его самого лишили права на выставку, запланированную в Русском музее на 1929-1930 годы. Тем не менее этот период стал едва ли не самым плодотворным в творчестве художника. Одну из наиболее известных картин этого времени – "Нарвские ворота" – до сих пор не могут единодушно осмыслить искусствоведы и критики, которых заводят в тупик загадочные образы: бородатый человек, стоящий на верху арки ворот, и свора зверей вокруг него, рвущаяся в разные стороны.

 

Исследователи предлагали множество интересных толкований этого сюжета, но к согласию так и не пришли, а замысел художника остался "за кадром", хотя постичь смысл таинственных символических образов пытались многие, кто слышал о своеобразном художественном прорицательстве Филонова: в конце 1930-х гг. тот занялся разработкой темы войны, которую не затрагивал со времен Первой мировой. Художник словно предсказывал свой конец: он ушел из жизни в самом начале блокады Ленинграда.