Ту-ту-ту, ла-ла-ла - снова вместе, снова рядом

Вы здесь
Ту-ту-ту, ла-ла-ла. Снова вместе, снова рядом

Ту-ту-ту, ла-ла-ла. Снова вместе, снова рядом - это первое, о чем я подумала сегодня утром. Включила радио, голос диджея: "Вы прослушали песню кабаре-дуэт "Академия", видать, судьба. А как еще это назвать: год только начался, а мы уже сошлись. В третий раз; интересно, на сколько в этот раз нас хватит? Неделя? Месяц? Полгода? Это только в первый раз нас хватило почти на год, а потом с каждым новым "схождением" срок все уменьшался. Рекорд, кажется, составил пять дней, хотя это лучше, чем год с кем-то другим.

Наши отношения проще всего подходят под определение "роковой любви": ни вместе не можем, ни врозь. Он был женат уже в четвертый раз, у меня всегда хватала ума не выйти замуж, хотя серьезные романы были. Потом случайная встреча, и все заново: его развод, мой разрыв всех отношений, совместная жизнь на месяц-два, потом предложение руки, сердца и всего остального, заявление в ЗАГС. А недели через две изъятие его (заявления) в особо изощренной форме. Один раз его порвали на мелкие кусочки, второй раз сожгли в ближайшей пепельнице, третий раз был самый оригинальный - его съели (надо учиться готовить!).

После этого расходились в разные стороны, как в море корабли. Месяца через два я получала приглашение на его очередную свадьбу с "Барби". На мой вопрос "Зачем?" ответ был всегда: "Ты же за меня замуж не хочешь. Или хочешь?" В те доли секунды, которые требовались мне на ответ, в его глазах плясали черти. Ответ всегда был один - "В другой раз". Только один раз, когда он очень много выпил, и когда в Дворец на Английской набережной его фактически вносили, прозвучала фраза: "Скажешь "Да" - брошу все ради тебя".

Такие браки обычно длились не более года, хотя за этот год мы успевали побывать вместе раза два-три. Потом все было по стандартной схеме: встретились в клубе, баре, ресторане и... судорожный поиск съемной квартиры по друзьям-знакомым (и это часа в четыре утра!), к шести часам квартира обязательно находилась, к десяти перевозились вещи. Перевоз вещей напоминал великое переселение народов: нормально паковать вещи было некогда, поэтому все сбрасывалось в коробки (до сих пор не понимаю, где мы их находили эти коробки).

Первую неделю не вылазили из кровати. Все друзья знали: если мы снова вместе, то опоздание на первую встречу - в порядке вещей. Да и приезд в офис без предупреждения тоже не желателен - мало ли? А потом в какой-то момент мы друг другу надоедали, наверное, оттого, что оба слишком сильные и независимые: на уступки и компромиссы мы не способны. Начинались интрижки на стороне и скандалы... О, скандалы - это нечто непередаваемое! Вещи, выбрасываемые с седьмого этажа под ноябрьский дождь (а я раньше и не знала, как красиво висят рубашки на ветках деревьев), ужин, который готовился пять часов - выбрасывается в ведро. Про прицельное метание посуды и других подручных предметов я и не говорю.

Первое время после очередного загула он приходил домой с огромными букетами, сейчас такой ошибки он уже не делает: научен горьким опытом. Тогда мы собирались лететь на Мальту, а он просто взял и не пришел. Объявился через два дня с цветами - это были розы, красные, с шипами. Не знаю, что на меня нашло: этим же букетом он и получил по лицу. Это было красиво: лепестки летели в разные стороны, результат тоже красивый - ровный шрам на правой скуле.

У меня тоже есть маленький шрамик на правой скуле (наверное, мы все-таки думаем одинаково) - след от обручального кольца, кольца, которое купили мне. Это было третье предложение руки и сердца, я знала, что сейчас идет игра на грани фола, его фраза "Или сейчас, или никогда" резанула слух: кто он такой, чтобы диктовать мне условия? "Никогда". Потом пощечина - обернулся весь ресторан. Кольцо скользнуло по скуле, оставив царапину. Такого я не ожидала, но играть - так играть, моих слез не видел никто и никогда, он тоже не увидит. Провела рукой по царапине: на пальце осталась капелька крови. Для улыбки победителя мобилизовала все внутренние силы. "Доволен". Никогда не видела мужских слез: зрелище не для слабонервных. Встала, ушла.

Не виделись три дня: город у нас все-таки маленький, столкнулись за обедом: он пил водку. Как говорится, что у трезвого на уме, то у пьяного на языке. Посмотрел на заживающую ссадину, выпил стопку. "Твой самый большой недостаток - ты слишком сильная. Я бы тебе все простил, всего лишь за одну слезинку". Официант принес еще одну стопку. "За нас". За солнцезащитными очками мои слезы никто не заметил.

Ту-ту-ту, ла-ла-ла. Снова вместе, снова рядом.

Рекомендуем