Новая французская брутальность

Вы здесь

К концу девяностых годов старушка Европа с удивлением обнаружила, что семена массовой американской культуры, брошенные на благодатную почву еще во времена хиппи, проросли и дали всходы в виде назойливых сорняков. Когда впоследствии стало ясно, что еще немного, и современное европейское искусство превратится в сырьевой придаток американского, как ответная реакция родилась "новая европейская волна". И пока дядя Сэм уныло подсчитывал убытки, а неофиты пресловутой новой европейской культуры на радостях пили шампанское в кабинетах, эстеты, про которых в этой веселой кутерьме все забыли, недобро ухмылялись: ох, не кончится это добром... Эстеты были правы и не правы одновременно. Не правы в том, что на одной лишь элитарной культуре, каковая, к слову сказать, все это время в Европе распрекрасно существовала, далеко не уедешь. А правы они были в том, что такой стремительный ответный удар не мог не вызвать явления оружейной отдачи, вот только место ее, отдачи этой, трудно было предугадать заранее.Ваш покорный слуга, в душе эстет, а снаружи - самый простецкий парень, "новой европейской волне" сначала радовался как дитя. Агукал, сучил на радостях ножками и ручками, глядел европейские фильмы и пускал от счастья пузыри: "Молодец, Бессон! Отлично, Ричи! Ой, ну, ты уморил, Тыквер!". Но в определенный момент из подсознания послышался настойчивый голос: "Эй, здесь что-то не так!". Громче всего этот голос доносился во время просмотра кино французского, и в основном триллерного жанра. Автоматически включился тумблер мозгового аналитического аппарата, и через энный промежуток времени печатающее устройство выплюнуло вполне осознанную перфокарту логических выводов разной степени стройности и полноты. Ими-то я и хочу с вами поделиться.Триллеры - жанр недобрый. Там правила такие. Кому-то из героев должно быть обязательно очень плохо. Тогда будет "саспенс". А не будет саспенса - тогда какой он, к черту, триллер? Отбросив всяческие мистически-катастрофические вариации, когда неприятности причиняют человеку непреодолимые силы в виде природы, налогового законодательства и проч., мы подробнее остановимся на том случае, когда всяческие болезненные неудобства причиняет одно лицо (или группа лиц) другому лицу (или группе лиц). И вот тут-то мы и заметим, что незаметно для большинства прогрессивной кинообщественности, французы неожиданно вырвались по этому показателю далеко вперед и бегут, закусив удила, где-то в районе слияния горизонта и финишной черты. Примеры? Да сколько угодно!Прежде, чем открыть скорбный список, необходимо отметить, что в качестве эталона для сравнения будет использоваться кино американское, которое за "пропаганду насилия и жестокости" не пнул только самый ленивый кинокритик. Итак, голливудские китчевые шалости в виде книг, обтянутых человеческой кожей и написанных человеческой кровью ("Зловещие мертвецы" - классика "ужасного" жанра), запросто бледнеют перед истинной, реалистично-тошнотворной французской брутальностью. Вы точно хотите это читать? Ну, хорошо. Не говорите потом, что я вас не предупреждал.Наш сатанинский хит-парад открывает фильм "Шесть". Сюжет прост. По Парижу бродит маньяк, который нападает на одиноких женщин, затаскивает в темный уголок, убивает, после чего камнем выбивает зубы и совершает половой акт "в извращенной форме", как пишут у нас в милицейских протоколах. Осколки зубов его не пугают. Другой маньяк, из побочной линии фильма, одержимый жаждой отцовства, вскрыл животы нескольким женщинам на девятом месяце беременности, после чего аккуратно разложил извлеченных детей по колыбелькам. Каков папаша, а? Да НИ В ОДНОМ американском фильме НИКОГДА не показали бы и десятой части подобного. Киностудию потом по судам бы затаскали, а фильму присвоили бы такой рейтинг, что его посмотрело бы от силы человек двести на всю страну.Или еще один фильм о сексуальных перверсиях с симптоматичным названием "Трахни меня", снятый порноактрисой Корали и авторшей порнографических книжек Вирджини Депант. Все местные "ценители" арт-хауса просто исходили восторженными слюнями от этого полуторачасового скопища всего самого омерзительного, что может храниться в глубине женской психики. На самом деле фильм о том, как проститутка и безработная наркоманка предприняли трип по стране, попутно убивая и совокупляясь со всем, что движется, у нормального зрителя кроме отвращения ничего вызвать не может.Куда более художественно был снят фильм "Необратимость" Гаспара Ноэ. Однако глубокой философской идеей о роковом беге времени не удалось прикрыть две сверхшокирующие (и сверхреалистичные, кстати) сцены, жестокое изнасилование и дикое убийство - на просмотре фильма в Каннах зрители пачками выбегали из зала."Багровые реки". Без пяти минут блокбастер. Французский ответ на "Семь" Финчера. Сюжет запутан и непрост - кто, кого, и за что убивает не вполне понятно и по окончании фильма. Но зато вырезанные глаза, отсеченные руки, изувеченные трупы жертв и прочее подобное членовредительство показано настолько натуралистично, что не остается сомнений: режиссер просто упивается своей собственной лихостью. Вот только у Финчера жестокость была лишь средством, а не самоцелью, а у Метью Кассовица вышло ровно наоборот."Осиное гнездо". По всем параметрам - боевик года, несомненный успех французского кино. Но и здесь, и здесь мы видим все те же самые проросшие ростки кино-злобы. Казалось бы, небольшой эпизод: после массированного автоматного обстрела склада, который атакуют бандиты, на полу в комнате охраны остается лежать в луже крови изрешеченный ротвейлер одного из охранников. А вот это уже не по правилам - даже в самом жестоком американском фильме собаку героя никогда не убьют, обязательно она в конце, пусть вся израненная и на одной лапе, но все равно прибежит и весело завиляет хвостом. Да что там собачка, - в этом фильме вообще поубивали практически всех, но отнюдь не весело и театрально, как, например, в "Бешеных псах" Тарантино, а эдак мрачно и безысходно. В живых остались только два даже не второстепенных, а третьестепенных персонажа, что по законам экшн-муви вообще полный бред.В "фирменной" тарантиновской стилистике выдержан еще один французский боевик, "Доберман". Вот только по сравнению с ним фильмы самого "безумного Квентина" выглядят как воскресный детский утренник. Очень впечатляет сцена, когда мотоциклисту суют за пластиковое "забрало" шлема ручную гранату с выдернутой чекой, после чего выталкивают пинком из автомобиля. Хорошо хоть, что не показывают, что с ним потом стало, хотя и так понятно. "А не слишком ли напираете именно на французское кино, уважаемый?" - спросите вы. Нет, не слишком. Возьмите "Другие" испанца Алехандро Аменабара. Фильм шедеврального уровня, который нагоняет больше страха, чем все французские кровожадности, вместе взятые. И при этом - ни одной, даже самой тоненькой струйки крови, даже пальчик никто не ушиб. Значит, все-таки можно снимать по-другому?Особо настойчивые, возможно, отошлют меня к некоторым японским фильмам, той же "Королевской битве" Кинджи Фукасаку, в котором японские юноши и девушки кромсали друг друга прямо-таки с истовым рвением. А я отвечу: не путайте, это суть разные вещи, для японской культуры подобная жестокость - практически норма. К тому же, не забывайте о личности самого режиссера - еще неизвестно, какие фильмы снимали бы вы, если бы вас, как Фукасаку, в пятнадцать лет отправляли собирать фрагменты человеческих тел после американских бомбежек в сорок пятом году.

Рекомендуем